Спандашечка
Небесной кары нам не избежать, но это блажь! Идут корсары, идут корсары на абордаж! © Йовин
псевдопорнота
псевдобдсм??
Торин/Кили
NC-17 ???
479 слов

Полумрак, освещаемая тусклой свечой постель, алые простыни, белая молочная кожа, упругая, крепкие мышцы, гладкая, мерцающая во тьме спина. Кили лежит на животе, ноги согнуты в коленях, руки оттянуты за спину, запястья привязаны к щиколоткам, гибкое тело перетянуто веревкой, туго, но не жестоко, возбужденный член прижат к взмокшим простыням, бедра раздвинуты, плечи напряженно подрагивают, лицо покрыто ярким румянцем, ресницы трепещут, рот открыт. Кили жарко дышит, облизывает губы, волосы темной шелковой волной струятся по подушкам. Напротив постели, во мраке комнаты, стоит кресло, в нем, развалившись, сидит Торин, босые ноги широко расставлены, завязки на штанах грубо сорваны, налившийся член льнет к покрытому густым темным волосом животу, одна рука свободно лежит на подлокотнике, вторая упирается в подбородок, грудь мерно вздымается, но вдохи резкие, хриплые, ноздри хищно раздуваются. Торин не сводит глаз с Кили, ласкает взглядом, ловит мельчайшую дрожь, Кили чувствует его взгляд, зажмуривается, всхлипывает, пальчики на ногах поджимаются, ягодицы конвульсивно сжимаются, бедра дергаются вверх, веревка еле слышно скрипит, не дает двигаться, плечи напрягаются, лопатки почти сведены. Кили тихо стонет, прогибается, пытается раздвинуть ноги шире. Глаза Торина широко раскрыты, потемнели, не отрываясь следят за Кили, он вновь мечется в путах, мышцы на бедрах напряженно ритмично сокращаются, вздергиваются вверх, натягивая веревки, то прижимаются к постели, Кили пытается потереться членом о простыни, влажная ткань раздражает, ее прикосновений слишком мало. Кили хнычет, стонет хрипло. Просит. Торин молчит, не шевелится. Кили всхлипывает, зарывается лицом в подушку, замирает на несколько мгновений, по спине, вдоль позвоночника пробегает волна дрожи и мурашек, снова, еще одна. Кили вскидывает голову, стонет, громко, голодно, колени разъезжаются на мокрых простынях, ягодицы влажно поблескивают, раскрываются, тугое отверстие жадно сжимается, Кили содрогается всем телом, веревка впивается в плоть. Торин рычит, стискивает член в кулаке, двигает, резко, быстро, он возбужден до предела, не отводит взгляда от сладостного зрелища. В этот момент Кили похож на мраморную статую, прекрасную, застывшую. Торин стискивает зубы, изливается в кулак, обильно, сразу же расслабляется, вытирает ладонь о штанину, дышит тяжело, как загнанный. Через несколько минут, когда сердце перестает бешено колотиться в груди, он поднимается с кресла, скидывает штаны, подходит к постели, опускается рядом с Кили, начинает медленно распускать веревки, разминать запястья, щиколотки, плечи, оглаживает спину, ягодицы, мягкие, горячие, Кили подставляется под ладонь, мурлычет, приподнимается на локтях, тянется за поцелуем. Торин касается пальцами его лица, очерчивает брови, скулы, губы, замирает на мгновение, ловя короткий вдох, взмах пушистых ресниц, темный опаляющий взгляд. Торин впивается в рот Кили свирепым жадным укусом, отрывается, стискивает пальцами подбородок, вынуждая открыть рот, кусает нижнюю губу, до крови, зализывает языком, как пес, злобно рыча, врывается языком в жаркое нутро, словно насилует. Торин наваливается сверху, вжимает Кили в мокрую постель. Кили распластан, распят под горячим жестким телом, невыразимое наслаждение от соприкосновений плоти пронзает его, он стонет в рот Торина, впивается ногтями в его спину, задыхается, но Торин не выпускает его. Кили содрогается, хрипит, вырывается, вдыхает всей грудью, вскрикивает, когда Торин кусает его сосок. Свеча над постелью вспыхивает и гаснет, погружая комнату во мрак.

@темы: хббт